Сделать изобретение непросто. Но еще труднее найти тех, кому твое изобретение необходимо. Проще внедрить в производство «платье для беременных», чем разработку создания «утилизирующейся биоупаковки». И дело не столько в том, что реализация проекта платья стоит намного дешевле, чем проект самоуничтожающегося мусора. Главная проблема молодых ученых — отсутствие навыков продвижения своего изобретения. Своими советами в этом нелегком деле делится Светлана Хаширова, заместитель председателя Российского союза молодых ученых, КБР.

— У нас в Нальчике мы ежегодно проводим выставку инновационных проектов Северного кКавказа, это наш банк данных. Северокавказский регион богат научными разработками и интересными предложениями. Если все, что предлагают наши ученые, внедрить в производство, будет огромный скачок в развитии экономики страны в целом. Проблема в другом — не всегда ученые могут продвигать свои разработки, сидят и ждут, когда же правительство обратит на них внимание и выделит деньги на реализацию идеи. Это не совсем правильный подход, нужно самим быть активными и выходить на заинтересованные производства. Сейчас в стране действует очень много фондов, в том числе и правительственных, которые поддерживают развитие инновационных программ. Понятно, что для того, чтобы выиграть какой-либо конкурс, необходимо подготовить документацию, правильно составить заявку. А это целое искусство. Просто на полстраницы написать о своем проекте недостаточно, государство строго считает деньги, и поэтому нужно в первую очередь обосновать экономический эффект вашего изобретения, предоставить гарантии того, что оно будет выгодно производству.

— На государственное финансирование проектов могут претендовать крупные изобретения, а что делать изобретателям, чьи проекты не столь масштабны?

— Для малых проектов существуют различные выставки или такие проекты как лагерь «Селигер» или наш «Машук», где рассматриваются и отбираются инновационные проекты. «Машук» ориентирован в основном на социальные проекты, научно-технические разработки там не очень рассматривают (видимо, из-за отсутствия необходимых экспертов).
Но и там нужно уметь подать свое изобретение, деньги просто так нигде не лежат. Ученым нужно уметь себя, как бы это грубо ни звучало, продавать. Мы ежегодно проводим форум молодых ученых Юга России, в этом году с 5 по 8 июля, куда приглашаем экспертов, которые целенаправленно обучают навыкам участия в конкурсах.

— Светлана, вы свои личные проекты именно так продвигали?

— Конечно, причем, сама научилась всему. Проигрывала много раз, но не сдавалась. люди в фондах видят твою целеустремленность, понимают, что ты не сдаешься, значит, и проект свой будешь продвигать так же упорно. Мой первый грант был американским. кстати, у них отчетность более простая, чем у нас, они перечисляют деньги на личный счет, а не на организацию, это очень удобно. За все время мне удалось реализовать три личных проекта, которые я делала буквально с нуля. А ответственным исполнителем я была на 8 больших проектах, которые тоже удалось реализовать. Теперь уже мои ученики выигрывают конкурсы — на нашем счету 5 реализованных проектов.

— Значит, правы мои другие собеседники, которые говорят о вас: эта женщина если к чему-то прикасается, то все превращается в золото?

— Ну, не знаю... Может, мне просто нравится то, чем я занимаюсь? Я привыкла ответственно относиться к делу. Если, начиная дело, знать, что ты его обязательно завершишь, то всего добьешься.

— Насколько эффективны результаты выставок в Нальчике?

— Выставка — один из путей продвижения своей продукции до потенциального потребителя. Выставка обучает общению с инвесторами, помогает понять, как защищать свое изобретение, отвечать на каверзные вопросы. Одним изобретением работа молодого ученого не заканчивается, сейчас не советские времена, в рыночной экономике нужно уметь продвигать свои разработки. Я сама такая была, пока не поучаствовала в программе «Старт» Фонда содействия малым формам предприятий в научно-технической сфере. Участие в венчурных выставках меняет отношение к собственным изобретениям, ты начинаешь смотреть на свою работу с прикладной в экономическом плане точки зрения. Проще говоря, важна экономическая эффективность того, чем ты занимаешься. Мы гордимся тем, что на счету нашей выставки есть уже два крупных реализованных проекта (из Ингушетии и КБР), не считая мелких внедренных в производство изобретений.

— Способствует ли продвижению проектов появление нанотехнологических центров?

— Центров строится много, но... Вот стоит он, оснащенный прекрасным оборудованием, а работать там некому. Я много по России таких центров видела, и мне было очень обидно. Думала — вот если бы это оборудование было у нас! При возведении этих центров, к сожалению, не учитывают потенциал региона. Наш кабардино-балкарский университет занимается нанотехнологиями лет 10, но у нас такого центра нет. Такой центр строится сейчас в Ставрополье. Прекрасный центр в Сибири, но и там работать некому. А ведь Северный Кавказ в плане молодых научных кадров очень перспективный регион. Наша молодежь еще горит энтузиазмом, есть люди, посвящающие себя науке (у нас, к примеру, всегда конкурс в аспирантуру). Нужны условия для развития научного потенциала. Потому что все наши молодые ученые, занимающиеся нанотехнологиями, как правило, уезжают. У меня тоже есть много предложений из других регионов, стран, но я не хочу уезжать из республики. Я люблю Нальчик.

Инновации ждут своего часа
Ольга Кутсенко, председатель Координационного Совета АМПР по Северному Кавказу.

— На ваш взгляд, есть ли сегодня на Северном Кавказе инновационные проекты федерального уровня? Если да, что это за проекты?
— В настоящее время инновационного бума на Северном Кавказе не наблюдается. Волну инновационных проектов, которые будут адаптированы к стратегии развития СКФО до 2025 года, следует ожидать к осени.

— Как вы уже отмечали, благоприятная почва для внедрения инноваций на Кавказе — туристическая отрасль. Предлагает ли сегодня туристический рынок Кавказа новые виды турпродукта?

— Сейчас рынок туристических услуг Северного Кавказа в ожидании. Надо четко понять, какую линию будут проводить «Курорты Северного Кавказа», а это будет ясно через полгода. Скорее всего, будет использован мировой опыт туристических наработок. Например, сейчас большую популярность завоевали туристические бутики. Не исключаю, что инновационно емкие проекты в сфере туризма появятся по окончанию олимпийских программ на основе проектов, реализованных в Сочи. Имеется большой потенциал в сфере социального предпринимательства. Очень показателен опыт города Коломны, где создан центр музейных технологий, сформировавший вокруг себя целый туристический кластер. На Северном Кавказе такого нет, хотя в регионе достаточно брендов, через которые можно было бы выйти на организацию достаточных туристических потоков. Или взять опыт Москвы, где создан интерактивный музей толерантности. Почему бы на Северном Кавказе не организовать международный интерактивный музей народов Кавказа?